Резные надгробные стелы

Резные надгробные стелы


Уже в самом факте увековечивания памяти умершего особыми знаками — ритуально-вещественными ли, изобразительными ли — заложена идейная первооснова надгробного памятника. По этой причине древние надгробия всегда находятся в поле зрения исторической науки. В сложившемся наборе обязательных обрядовых элементов захоронений. нашли отражение не только религиозные убеждения, но и определенные черты народного мировоззрения вообще. С точки зрения знакомства с духовной культурой народа надгробные камни дают также чрезвычайно интересный материал для наблюдений и выводов относительно сложения определенных эстетических принципов народного творчества.
Ярко выраженная самобытность надгробных памятников Северного Кавказа, канонизация их форм обусловлены несомненной близостью культуры народов этого многонационального края.
Памятники эпохи бронзы на Северном Кавказе рассказывают об истоках орнаментального искусства. Ранние этапы его развития во многом определялись древними языческими верованиями.
Заметный след оставило здесь христианство, особенно в аланской культуре. И хотя впоследствии эта религия была вытеснена в большинстве районов исламом, но еще долгое время она продолжала воздействовать на Северный Кавказ через соседнюю Грузию.
Строго установленный ритуал мусульманского захоронения способствовал выработке единого стиля, особенно на предметах, связанных с религиозными обрядами, — культовой архитектуре, намогильных памятниках. Создались предпосылки для развития камнерезного искусства, впитавшего в себя местные художественные традиции. На общем фоне культур Северного Кавказа особенно ярко выделялась дагестанская художественная школа камнерезов с ее древними собственными .корнями и непосредственными связями с культурами Ближнего Востока, Закавказья. Уже сам ритуальный смысл надгробного памятника исключительностью своего назначения определяетконсервативность его форм, сохранность многих древних приемов украшения. В некоторой замедленности развития их форм, так же как и устойчивости локальных вариантов резных камней, заключены наиболее характерные признаки
этого вида искусства. По самой своей сути и свойствам материала камнерезное искусство тяготеет к обобщенно-монументальным формам.
На резьбу по камню важное воздействие оказали и генетические связи с древнетюркскими культурами. В антропоморфных стелах мусульманских надгробий далекими отголосками угадываются формы половецких каменных баб.
Не последнюю роль в развитии камнерезного искусства сыграли социально-экономические факторы и наличие в горах необходимого камня. Так, слоистый камень твердых пород, весьма трудный для обработки гранит мог способствовать выработке особых форм плоских стел, украшенных жестким графическим рисунком. Этот стиль был связан и с бедным набором инструментов по обработке камня, которым пользовались мастера в глухих аулах,особенно на ранних этапах развития камнерезного искусства. В то время, как мягкие породы камня позволяли резчикам разнообразить формы надгробий, придавая им более сложный силуэт. Этому же способствовал и обогащающийся инструментарий мастера.
Необходимо отметить, что в отличие от других народных ремесел карачаевцев и балкарцев, в камнерезном деле довольно рано наметилась специализация. Благодаря сложности самого процесса изготовления резного надгробия, трудоемкости обработки материала для выполнения заказов обращались к специально подготовленным мастерам. А поскольку неотъемлемой частью мусульманского памятника являлись тексты из Корана и надписи на арабском языке, то мастер в этом виде искусства должен был быть достаточно образованным человеком. Часто резчики по камню принадлежали к духовному сословию. Да и обучение камнерезному мастерству, так же как и духовное образование, часто было связано с поездками в Дагестан, в крупные центры художественных ремесел, что тоже было доступно, как правило, лишь людям состоятельным.
Особое развитие камнерезное искусство получило в карачаевских аулах Карт-Джурт и Старая Джегута.
Запасы мягкого разных цветов песчаника, а главное, светлого известняка, позволяющего выполнять детали любой тонкости и сложности, определили сложение в этих аулах своеобразного промысла. Правда, он находился еще в зачаточной форме, но уже с выделением мастеров, специально занимающихся резьбой по камню. В ауле Карт-Джурт работали не только карачаевские резчики, но время от времени здесь обосновывались и дагестанские мастера.
Вероятно, это были отходники, в силу особых экономических обстоятельств вынужденные уходить из дома на заработки, что практиковалось не только в камнерезном деле, но и во многих других ремеслах в конце XIX — начале XX века.
Это дагестанское влияние непосредственно способствовало обогащению карачаевского и балкарского камнерезного искусства. Хотя, с другой стороны, пришлым мастерам приходилось считаться со вкусами заказчиков и подвергаться воздействиям местных художественных традиций.
Благодаря таким тесным творческим контактам, способ обработки камня в Дагестане, описанный исследователями дагестанского камнерезного искусства, почти полностью совпадает с теми техническими приемами, которые выработали в своей практике балкаро-карачаевские мастера.
Во дворе Абазалиевых в селении Старая Джегута, где работали братья, резчики по камню, еще до сих пор лежит полуобработанная каменная глыба, припасенная для надгробного памятника. Такие заготовки мастер обычно запасал впрок в каменоломнях, находившихся в окрестностях аула. Иногда приобретались плиты у каменотесов по сходной цене. Но чаще всего камень в полуобработанном виде привозили сами заказчики.
В начале каменную заготовку мастер отесывает при помощи обыкновенного топора и тяжелого молота, скалывая крупные выступы. Потом поверхность обрабатывается специальным инструментом, сделанным из обыкновенной лопаты, только обрубленной в виде прямоугольника. На выровненную, тщательно подготовленную поверхность наносится узор, чаще всего при помощи трафарета. Мастер пользовался для его обводки плотничьим карандашом или шилом, процарапывая только контуры рисунка; применяется мастером также деревянная линейка и металлический, часто самодельный, циркуль. Описанный П. М. Дебировым любопытный способ нанесения узора на каменную плиту при помощи песка известен и карачаевским камнерезам. Способ, вероятно, имеет старые традиции и употреблялся очень опытными мастерами из-за отсутствия бумаги для трафаретов. Песок насыпался ровным слоем на поверхность камня, которая предназначалась для украшения резьбой. Концом палочки мастер прорисовывал весь узор, уточняя его по ходу нанесения рисунка. Закреплялся рисунок путем процарапывания линий гвоздем или шилом.
Сам процесс резьбы по камню заключался в выбирании (снятии) фона вокруг нанесенного на плоскость изображения. Готовый орнамент, вырезанный на лицевой поверхности надгробной плиты, окрашивался масляными красками,
что, несомненно, придавало ему дополнительную выразительность. Поскольку краски не отличаются большой прочностью, особенно под воздействием атмосферных влияний, то теперь резную поверхность надгробия оживляют
лишь оставшиеся на ней красочные пятна, удивительно органично слившиеся с общей каменной массой. В силу этого, узор карачаевских и балкарских надгробий воспринимается прежде всего как каменный рельеф. Несмотря на
определенное единство рассматриваемых памятников, изготовлявшихся из камня, а иногда и из дерева, надгробия Балкарии и Карачая были весьма разнообразны.
Надо полагать, что каменные резные надгробия могли заказываться только зажиточными слоями населения.
Бедняки обходились каменной обкладкой могилы и простым гладким камнем в ногах — аяк таш, и чуть более крупным камнем в изголовье — баш таш.
В зависимости от материального достатка заказчика камень, поставленный в изголовье, мог быть разной величины и даже конфигурации, в пределах, конечно, требований веры и национальных традиций. Разной степени сложности украшения помещались на его гранях. Камень в изголовье могилы — баш таш — чаще всего принимает форму декоративной стелы. На нем концентрируется художественная информация надгробия. Воспринимается он уже самостоятельно, как специально обработанная стела, имеющая название с определенным значением — сын таш — намогильный камень.
Связанные с заупокойным культом сын таши отнюдь не всегда устанавливались на место захоронения, так же как и у некоторых других соседних народов, к примеру, у кабардинцев. Обычай ставить погибшим на чужбине памятные стелы на перекрестках дорог у адыгских народов сохранился и в наши дни. У балкарцев и карачаевцев тоже устанавливались отдельные камни как номинальные в честь погибших на чужбине. Устанавливались они на видных возвышенных местах, у перекрестков дорог, где их могут видеть все путники. Может быть, в этом своеобразном отношении к придорожным памятникам сохранился пережиток почитания древних культовых статуй, связанных с жертвоприношениями н особыми ритуалами. Кстати, на вершинах древних курганов или же на перекрестках дорог ставили статуи и половцы.
В основном же надгробные репные камни находятся на кладбищах, где, надо сказать, особым уходом не пользуются. И все же вид мусульманского кладбища — неухоженного, заросшего кустарниками, дикими цветами и травами, сквозь которые пробиваются мощные каменные монолиты надгробий, обращенные резной .раскрашенной поверхностью на юго-восток — являют собой зрелище, не лишенное поэтичности. Органично вписанные в природное окружение, многие кладбища могут даже восприниматься своеобразными музеями под открытым небом.
Борьба с религиозными пережитками, активно проходившая в 20-30-е годы в Балкарии и Карачае, приводила порой к ошибочным оценкам многих явлений народной культуры, в том числе и в национальном камнерезном искусстве.
Превратно истолкованные, уничтожались ценные памятники резьбы по камню. Разрушаются они и в покинутых аулах.
Судить о камнерезном искусстве балкарцев и карачаевцев можно по тем надгробиям, где с определенной целостностью отразились эстетические принципы народа, запечатленные в таком долговечном материале, как камень. Каждое кладбище в Балкарии и Карачае сохраняет свой неповторимый облик. Он создается и особенностями своего расположения — рельефом местности и природного окружения, характеризуется также качеством камня и, конечно, индивидуальным почерком местных мастеров-камнерезов с их излюбленными формами надгробий, специфичностью украшений. Если в этой связи рассматривать наиболее характерные признаки надгробных памятников отдельно в каждом ущелье, то по ним вполне можно установить стилистические особенности всего камнерезного искусства Балкарии и Карачая, его довольно определенно выраженные традиции.
Предлагаемый ниже материал по камнерезному искусству собран мною в поездках по Балкарии и Карачаю в 60-70-е годы. С этой целью были обследованы пять балкарских ущелий — Черекское, Хуламское, Безенгийское, Чегемское, Баксанское (кладбища 14 аулов), а также три карачаевских ущелья — Учкуланское, Тебердинское, Зеленчукское (кладбища 6 аулов).

comments powered by HyperComments
Рекомендуем посмотреть:
Радио «Барс Эль»
Google ADS
Создание сайтов
Logo - AyWeb
Статистика
Яндекс.Метрика